Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

cat

Джеймс Хьюз. Нежизнеспособная автономия Разума.

Доктор Джеймс Хьюз (James Hughes), исполнительный директор Института Этики и Новых Технологий, биоэтик и социолог Колледжа Тринити (Trinity College) в Хартворде (Коннектикут, США), где он преподает политику социального обеспечения и занимает пост временного директора по науке и планированию. Он является автором книги Гражданин Киборг (Citizen Cyborg) и работает над следующей книгой с предварительным названием Киборг Будда (Cyborg Buddha). Он сотрудничает в еженедельной программе на радио Changesurfer Radio. (Подписаться по J. Hughes RSS feed)

Нежизнеспособная автономия Разума

8.01.2010

Разум не подтверждает сам себя. Подобно всем поддерживающим Просвещение с позиции Разума трансгуманисты находят, что проект Разума разрушает все предрассудки, включая и утверждение о превосходство разума над глупостью. Следовательно, трансгуманисты, как и все поддерживающие Просвещение, должны защищать наши ценности с нерациональным a prioris. К сожалению, некоторые из нас продолжают защищать наивную концепцию чистой рациональности как самоцель.

Просвещение и Разум

Разум был центральной ценность Просвещения. Некоторые историки датируют начало Просвещения началом семнадцатого столетия - «Века Разума,» связанного с Декартом, Спинозой, Лейбницем, Гоббсом, Локком, и Беркли. Историк Доринда Аутрэм (Dorinda Outram) определила центральные требования Просвещения в связи с его обращением к Разуму:

Просвещение было стремлением к поведению человека, которое будет управляться рациональностью, а не верой, суеверием, или откровением; верой во власть человеческого разума изменить общество и освободить личность от ограничений обычаев или произвольных авторитетов; всеобщей поддержкой мировоззрения, все более и более утверждаемого наукой, а не религией или традицией. (Outram, 1995: 3)

Когда Кант написал свое эссе «Was ist Aufklärung» («Что такое Просвещение?») (1784) для Белиниче Монатсчрифт (Berlinische Monatschrift), он суммировал итоговый лозунга Просвещения как «sapere aude» («смеют знать»). Хотя и разделенные между эпистемологией и богословием, эти мыслители попытались основать философию на неоспоримых суждениях таких, как «cogito ergo sum» («мыслю - значит существую»).

Этот тщательный подрыв всего иррационального a prioris привел ко многим философским тупикам, однако, одновременно он дал начало пост-рационалистическим движениям. Посреди Просвещения Жан-Жак Руссо придавал значение примитивности и порицал вредные эффекты гипер-рационализма в этике (Glendon, 1999). В конце концов, как подчеркивал Хьюм, Просвещение разъединило любую связь между ЕСТЬ и ДОЛЖНЕН. Хотя Кант и прагматики попытались заново основать этику на том, что казалось эмпирическими наблюдениями о человеческой натуре, они так и не смогли ответить на следующий вопрос: почему этика должна быть основана на наблюдениях о человеческой натуре и не на чем-то еще, как древние религиозные догмы?

Романтизм восемнадцатого столетия в его утверждении ценности эстетического и эмоционального опыта был также и реакцией с целью перехитрить Разум. С восемнадцатого столетия вплоть до Второй Мировой Войны как левые, так и правые поворачивались против рационализма Просвещения. Слева, авторы Франкфуртской Школы раскритиковали инструментальную рациональность Просвещения за ее соучастие к авторитаризму (Adorno and Horkheimer, 2006; Marcuse, 1964; Saul, 1992; Gray, 1995). В некоторых случаях со стороны феминизма и анти-империализма нападали на патриархальное и Европо-центрированное построение Разума в Просвещении (Harding, 1982). Эти пост-рационалистические движения отклонили автономию и универсальность Разума, поскольку это вступило в конфликт с другими ценностями Просвещения такими, как уважение к правам людей и идея культурного многообразия. Тем временем богословы и философы Права возлагали ответственность за коммунизм на логику вывода утверждений утопий Просвещения.

В 20-ом столетии рационализм Просвещения также начал подвергать сомнению свои собственные главные принципы. Один пример основан на отказе Витгенштейна (Wittgenstein) от логического позитивизма. Логические позитивисты попытались не пустить в философское рассуждение любые термины и понятия без их эмпирического основания. Людвиг Витгенштейн, хотя и был ранее влиятельным сторонником этого требования, в конечном счете изменил свое мнение, когда начал занимался исследованиями фактической работы языка. Обратив эмпирическое исследование на процесс рассуждения и попытавшись очистить язык от всей нелогичности, Витгенштейн пришел к заключению о том, что цель была фантастической (Wittgenstein, 1953). Язык - серия словесных игр, в которых значения заданы только относительно других слов, а не относительно эмпирических фактов. Позитивистский проект строительства рациональной философии от неоспоримых эмпирических наблюдений невозможен.

Фуколт (Foucault), Деррида (Derrida) и постмодернисты также представляют коллапс Разума Просвещения. Хотя я полагаю, что постмодернистская «критика» - это главным образом тупик, их важные озарения верны: все требования к Разуму Просвещения расположены исторически и поддержаны властью и положением. Просвещение - только один исторический рассказ среди многих и нет никакой рациональной причины предпочесть рассказ Просвещения любому другому. В пользу Разума можно привести только доводы от метафизического и этического a prioris, даже если они - это только такие основные предположения как «хорошо бы быть в состоянии достигнуть намеченных целей».

Наиболее важно, что современная нейро-наука, также продукт разума Просвещения, теперь признает, что Разум, разъединенный с эмоциями, бессилен. В новых классических исследованиях Дамасио (1994) пациентов с повреждением головного мозга, которое разъединяло связи между эмоцией и принятием решения, жертвы были неспособны к принятию решений. Желание прекратить размышлять и принимать решение не самостоятельно рационально - это продукт характера. Разум был построен так, чтобы служить, но неспособна к производству своих собственных команд.

Трансгуманизм и Разум

Большинство трансгуманистов рассматривает Разум в Просвещения без осознания его авто-подрывной природы. Например, Принципы Экстропии Макса Море (Max More) шифруют «рациональное мышление» как одно из его семи предписаний:

Как гуманисты, трансгуманисты одобряют Разум, прогресс, и ценности, сосредоточенные на благополучии человека, а не на внешней религиозной власти. (More, 1998)

Часто Задаваемые Вопросы (FAQ) по трансгуманизму определяют его как последовательное применение Разума:

Интеллектуальное и культурное движение, которое подтверждает возможность и желательность фундаментального улучшения условий человеческого существования через применение Разума… Мы, возможно, не являемся совершенными, но мы можем сделать вещи лучше, способствуя рациональному мышлению, свободе, терпимости, демократии, и заботиться о нашем человеческом окружении… Так же, как мы используем рациональное мышление для улучшения условий человеческого существования и внешнего мира, мы можем точно также использовать эти средства для самосовершенствования, улучшения человеческого организма. (Humanity+, 2003)

Одним из центральных трансгуманистических блогов является Less Wrong (Менее Ложный), базируемый в Оксфордском университете под эгидой трансгуманистического философа Ника Бострома и посвященный «искусству очистки человеческой рациональности». В нем часто выступает Элизер Юдковский (Eliezer Yudkowsky) с авто-назидательными посланиями об искусственном интеллекте и познавательных заблуждениях человека, который также является соучредителем Института Сингулярности Искусственного интеллекта (Singularity Institute for Artificial Intelligence). Юдковский утверждал, что одна из его целей состоит в том, чтобы принудить «массовое движение обучать людей быть рационалистами черного пояса». Блог Less Wrong выдвигает на первый план определения Юдковского рациональности и ее важности как ее raison d’etre (смысла существования):

Что Мы Подразумеваем «Рациональностью«?
Мы подразумеваем:
  1. Эпистемологическая рациональность: вера, обновляемая на доказательствах так, чтобы систематически улучшать соответствие между вашей картой и территорией. Искусство получения верований, которые соответствуют действительности настолько близко насколько возможно. Это соответствие обычно называют «правдой» или «точностью», и мы счастливы назвать это этим.
  2. Инструментальная рациональность: достижение ваших целей. Не обязательно «ваши цели» в смысле того, чтобы быть эгоистичными целями или неразделенными целями: «ваши цели» означают что-то, о чем вы заботитесь. Искусство выбора действий, которые приводят будущее к результатам, оцениваемым вами выше как предпочтение. В LW мы иногда именуем это как «победа».

Но почему мы должны хотеть карту, которая соответствует территории? Где делают цели, которых рациональность помогает нам достигнуть, откуда они возникают? Что, если придание важности инструментальной рациональности фактически препятствие достижению вещей, которые, как утверждают романтики, мы ценим - таких, как красота, значение, удовлетворенность и страх? Юдковский идет насколько далеко в осознании проблемы, чтобы определить это как что-то, что просто не должно обсуждаться:

многие из нас расценит как противоречивую - по крайней мере - любую схему «рациональности», которая делает ее не нормативной. Например, если Вы говорите, «Рациональная вера - X, но истинная вера - Y», тогда Вы, вероятно, используете слово, «рациональное» в значении, которое означает что-то другое чем, что большинство из нас имеет в виду… Точно так же, если Вы говорите, «Рациональная мысль - сделать X, но правильной мыслью является сделать Y», тогда Вы почти наверняка используете одно из слов «рационально» или «правильно» в значении, с которым не будет соглашаться огромный часть читателей.

К счастью для Юдковского он передал полномочия своими читателям на описание всех философских дебатов об отношениях ЕСТЬ и ДОЛЖЕН. Однако, это оставит его трансгуманистических экспертов по рациональности беззащитным перед теми, кто придет с разного рода метафизикой, или когда они столкнутся со своими собственными темными сторонами души.

Одним из центральных философских дебатов между биоконсерваторами, трансгуманистами и «био-либералами» в широком смысле за прошлые два десятилетия было обсуждение законности эмоциональных (emotivist) аргументов таких, как у Леона Касса (Leon Kass, 1997), или «мудрости отвращения» Роуча и Кларка (Roache and Clarke, 2009). В 2003 биоконсерватор Ювэл Левин (Yuval Levin) писал в «Парадоксе Консервативной Биоэтики» («The Paradox of Conservative Bioethics») о трагической дилемме, с которой сталкиваются консерваторы, пытающиеся разрабатывать рациональные аргументы в защиту иррациональных табу. Как только либеральная демократия вынуждает консерватора оставить обращения к традиции или интуиции, демократические дебаты натурализуют новое.

Самый факт того, что в демократическую эпоху все должно быть выложено открыто, разрушает почтение, которое дает моральной интуиции ее власть. Глубокое моральное табу не может просто стать еще одним выбором среди многих, которые обсуждают его случай на рынке. Выход на рынок и разбор аргументов лишают ее уважаемой высоты, а ее высота - ключ к ее власти. Самым фактом того, что табу становится открытым для спора - его «за» и «против» оцениваются и подсчитываются - оно медленно прекращает свое существование… Консервативная биоэтика… вынуждена продолжиться, отрываясь от ее собственных корней, и начать нарушать некоторые из самых важных принципов, которые она стремится защитить.( Levin, 2003)

Трансгуманисты и Просвещение сталкиваются с противоположной дилеммой: как защитить рациональность способом, который избегает ее потенциала самоэрозии. Так же, как биоконсерваторы не могут утвердить свои табу и этический a prioris на городской площади, также, аналогично, нет никакой рациональной причины, почему общество должно отклонить табу и суеверие в пользу сверхчеловеческого будущего; оценочные суждения в пользу традиции, веры и табу, или в пользу прогресса, разума, и свободы также основаны на пред-рациональных посылках.

Трансгуманисты должны признать свою собственную историческую взвешенность и защитить свои нормативные и эпистемологические главные принципы как экзистенциальный выбор вместо эмпирических абсолютных понятий, так или иначе полученных разумом. Одним из примеров трансгуманиста, признающего пред-рациональные корни трансгуманистических ценностей, является активист анти-старения и автор эссе «Причины и методы для того, чтобы продвинуть нашу обязанность раздвинуть границы здоровой жизни неопределенно» («Reasons and methods for promoting our duty to extend healthy life indefinitely», IEET, 2008) Феллоу Обри де Грей (Fellow Aubrey de Grey). Де Грей непосредственно обращается к эмоциональному аргументу Леона Касса и переворачивает его с ног на голову. Что, спрашивает Де Грей, более противно, чем болезнь, старение и смерть? Те, кто обсуждают доводы анти-старения, заключает Де Грей, должны начать с этих общих интуитивных ощущений и предубеждений вместо того, чтобы начинать с аргументов с позиции разума, которые предполагают «объективность этики» и «ненадежности инстинктивных чувств.» Когда я впервые услышал аргумент Де Грея, я возражал, полагая, что он отдал слишком много эмоциональным аргументам. Однако, это было просто моим собственным страхом перед тем, чтобы проститься с моей этической точкой зрения, превозносящей рациональность.

Когда я воображаю Проект Разума, я думаю о строительстве дома в воздушном пространстве. Я смотрю на других зданиях, плавающих в воздушном пространстве, здания до-Просвещения, и это - ветхие хижины слепленные из грязи и случайных плавающих обломков, связанных бечевкой. Чтобы добраться от одной комнаты до другого в зданиях наших соседей, вы должны сползать в подвал и затем подняться через скат прачечной. Они сидят в затемненных комнатах с немногими окнами, и ни одно из них не показывает, что дом фактически не стоит на земле.

С чистой, скудной точностью Разума мы построили наши здания Кантианства, утилитаризма, либеральной демократии, и других чистых архитектурных чудес, структур Франка Ллойда Райта мысли с большим количеством окон, и даже стеклянных этажей. Однако, большинство из нас стойко игнорирует тот факт, что точно так же, как и наши соседи мы плаваем в воздушном пространстве. Осознание того, что мы все в воздушном пространстве и не знаем, как мы добрались наверх в первую очередь является страшным проклятием, и мы неоднократно видели, как люди дезертируют из наших зданий Просвещения со стеклянными этажами в здания наших соседей веры и догмы, где они не вынуждены смотреть вниз. Мы должны научиться храбрости, чтобы признать то, что мы получили эту вещь в воздухе через акт желания - что Разум является хорошим инструментом, но наши цели и моральные кодексы не основаны на Разуме - иначе мы уступим еще много людей иррациональным силам в будущем.

Ссылки

Adorno, T. W., and Max Horkheimer. 2002. Dialectic of Enlightenment. Trans. Edmund Jephcott. Stanford: Stanford UP.
Berlin, Isaiah. 1998. The Proper Study of Mankind: An Anthology of Essays. Farrar Straus Giroux.
Damasio, Antionio. 1994. Descartes’ Error: Emotion, Reason, and the Human Brain. Putnam.
De Grey, Aubrey D.N.J. 2008. Reasons and methods for promoting our duty to extend healthy life indefinitely. Journal of Evolution and Technology 18(1): 50-55.
Glendon, Mary Ann. 1999. Rousseau &the Revolt Against Reason. First Things 96 (October 1999): 42-47.
Gray, John. 1995. Enlightenment’s Wake: Politics and Culture at the Close of the Modern Age. Routledge.
Harding, Sandra. 1982. Is Gender a Variable in Conceptions of Rationality? A Survey of Issues. Dialectica 36: 226-241.
Humanity+. 2003. Transhumanist FAQ.
Kant, Immanuel. 1784. Was ist Aufklärung. Berlinische Monatschrift Dezember-Heft: 481-494.
Leon R. 1997. The wisdom of repugnance. The New Republic 216(22): 17-26.
Levin, Yuval. 2003. The Paradox of Conservative Bioethics. The New Atlantis 1(1): 53-65.
Marcuse, Herbert. 1964. One-dimensional man: Studies in the ideology of advanced industrial society. Boston: Beacon Press.
More, Max. 1998. The Extropian Principles v3. Extropy Institute.
Outram, Dorinda. 1995. The Enlightenment. Cambridge, UK: Cambridge University Press.
_____. 2005. The Enlightenment, 2nd ed. Cambridge, UK: Cambridge University Press.
Roache, Rebecca and Steve Clarke. 2009. Bioconservatism, Bioliberalism and Repugnance. Monash Bioethics Review 28(1):4.1-21.
Wittgenstein, Ludwig. 1953/2001. Philosophical Investigations. Blackwell Publishing.

Комментарии.

Я (В.Ш.) сохранил только наиболее интересные, на мой взгляд, комментарии к статье и опустил в них несущественные части.

Michael Anissimov • Сан Франциско • 8 января, 2010
... мой любимый способ видеть это в линзе «рациональной нелогичности» Брайана Кэплана (Bryan Caplan). Нелогичность экономически полезна, точно так же как многое другое, и люди часто требуют ее потому, что она может удовлетворять в психологическом отношении и/или давать путь наименьшего сопротивления. Однако, когда дело доходит до личного выбора жизни-или-смерти, который имеет значение для индивида, они могут быть удивительно рациональными потому, что они готов воздержаться от пользы нелогичности для принуждения к достаточной разумности.

Не верно, что Less Wrong препятствует дискуссии об отношениях между ЕСТЬ и ДОЛЖЕН. Фактически, такие обсуждения распространены там. Например, Роко Мийик (Roko Mijic) публиковал ссылку на длинный докторский тезис по этой теме. Определение рациональности Элизера просто говорит о том, что она синонимична наличию карты, которая отражает территорию - сам он указывает, что это должно сделать больше с ЕСТЬ, чем с ДОЛЖЕН. Это фактически является своего рода нечетким обвинением потому, что большая часть работ Юдковского, таких как его серия о Человеческих Ценностях на Less Wrong, вникает в тонкие детали вопроса о распутывании, ДОЛЖЕН от БЫТЬ.

mjgeddes • • 8 января, 2010
Хорошо я соглашаюсь, что ценности не могут быть основаны на Разуме, но это не означает, что мы плаваем в воздушном пространстве, ценности могли все еще быть основаны на сознательном опыте.

Интуиции человеческого сознания могут отличаться просто потому, что человеческое сознание довольно слабо и ненадежно. Транслюди с более сильными способностями к самоанализу (способность понимать себя лучше) вместе с новыми способностями сознания (например, способность «видеть», их собственные мысли непосредственно) могут прийти к согласию в намного большем. Таким образом, мог бы все еще быть некоторый вид «универсальной этики». То есть может быть способ сделать «интуицию» надежной, даже при том, что я соглашаюсь, что это не может быть основано на разуме.

Giulio Prisco • Большой Милан - Италия • 9 января, 2010
Я думаю, что у разума и эмоции есть общие познавательные корни в мозговом программном обеспечении и основной физике, которую мы скоро поймем в достаточных деталях, чтобы изменить точным и измеримым способом, или пере-проектированием в ИИ. Но я думаю также ИИ, чтобы функционировать, будет нуждаться в некоторых эмоциональных системах (не обязательно подобных нашей).
Я никогда не был большим поклонником Less Wrong и его компаньона Преодолевающего Уклон (Overcoming Bias), потому что я подвергаю сомнению априорную потребность преодолеть уклон. Я люблю свою собачку и не люблю тараканов, что является, конечно, уклоном. Но почему я должен хотеть преодолеть это? Я достаточно доволен любовью моей собачки.

jhughes • Хартфорд, CT • 9 января, 2010
@ Anissimov
Приятно слышать, что LW действительно обсуждает разъединение между ЕСТЬ и ДОЛЖЕН. У меня сложилось впечатление, что многие из участников, привлеченных к проекту, все еще борются за современную версию естественного права, за способ основать этику и ценности на разуме и эмпиризме. Если блог и занятие дружественным ИИ помогают раскрыть, что ценность и этика имеют не-рациональные корни, несмотря на сохранение уважения к власти и важности рациональности - то есть прививают против возврата в романтизм анти-Просвещения и иррационализм, это очень хорошо.

@ Marc
Я не думаю, что основание ценности в сознательном опыте продвинет нас намного дальше. Я замечаю, что у меня есть желания, и что я делю эти желания со многими другими, но это не говорит мне о том хороши они или плохи. Это проблема ЕСТЬ - ДОЛЖЕН.

@ Giulio
Да, я думаю, что одна из ошибок коллектива искусственного интеллекта была предположением о том, что познавательная сложность и рациональность привели бы к интеллектуальному, своевольному поведению. Именно поэтому я предположил - что бы там ни было - намеренная или случайная жизнь, где существо построенное «с нуля» со свойствами самосохранения и воспроизводства, намного более вероятно произведет ИИ, чем кодирование тщательно продуманных экспертных систем в коробках. Другими словами я думаю, что массив ИИ исследований - это попытка программировать пациентов Дамасио, рассуждающие машины без желаний и воли. Это, вероятно, является очень хорошей темой с точки зрения катастрофических рисков.

@iPlant
Куда мы идем отсюда? Для меня Буддистская попытка уклонения от ЕСТЬ - ДОЛЖЕН проблемы и строительства натуралистической ошибки всегда было большим удовлетворением: если мы исследуем наши умы, они хотят прекратить страдать; желайте обоснованного страдания; глубокое понимание ума распутывает прилипание и приносит удовлетворенность; когда мы прекращаем связывать нас в контр-производительных узлах эго, мы становимся лучшими людьми, которые хотят помочь другим. Я не утверждаю, что Буддистская система взглядов является единственным набором выводов, которые можно сделать из эмпирического исследования условий человеческого существования, а только то, что у этого есть большой feng shui, и люди, живущие в этом доме (по крайней мере достигшие высоких уровней), кажется, очень счастливы. Мы надеемся, что нейро-технологии помогут нам распутать больше процессов ума, таким образом, все мы сможем построить нашу собственную метафизику из основных принципов.

mjgeddes • • 9 января, 2010
Я не думаю, что основание ценности в сознательном опыте продвинет нас намного дальше. Я замечаю, что у меня есть желания, и что я делю эти желания со многими другими, но это не говорит мне о том хороши они или плохи. Это проблема ЕСТЬ — ДОЛЖЕН./I>

Соответствующие wiki к моим любимым утверждениям:
http://en.wikipedia.org/wiki/Ethical_intuitionism
http://en.wikipedia.org/wiki/Moral_sense_theory

«Этические интуитивизм утверждают, что только агент с нравственным чувством может заметить естественные свойства и через них обнаруживать моральные свойства ситуации. Без нравственного чувства Вы могли бы видеть и услышать все цвета и звуки, но моральные свойства останутся скрытыми, и не было бы в принципе никакого способа когда-либо обнаружить их (кроме, конечно, через доказательство от кого-то еще с нравственным чувством)».
«Нравственное чувство могло бы сообщить нам о существовании объективной этики, как зрение сообщает нам о существовании цветов».

Существуют различные типы сознательных чувств и желаний, один тип должен быть особым чувством хорошего/плохого (только Ваша совесть понимает этот смысл хорошего/плохого и может заставить Вас считать такие вопросы важными в первую очередь). Этот тип чувства судит Ваши другие желания.

jhughes • Хартфорд, CT • 9 января, 2010
@ Marc
Я не думаю, что есть какое-либо эмпирическое доказательство поддержки морального интуитивизма или морального реализма, который в основном является повторением естественного права / натуралистической ошибки. ИХМО существуют не самоочевидные моральные факты или ценности, никакой объективной этики. Были, конечно, мыслители Просвещения такие, как Джефферсон (Jefferson), который приводил этот аргумент, но я думаю, что скептицизм Хумейана (Humeian) в основном выиграл тот спор Просвещения.

Michael Anissimov • Сан Франциско • 9 января, 2010
У меня сложилось впечатление, что многие из участников, привлеченных к проекту, все еще борются за современную версию естественного права, за способ основать этику и ценности на разуме и эмпиризме.

Это довольно ошибочно и показывает любому главную ошибку либо в сообществе к пояснению наших взглядов, либо Вашу неспособность вывести их. Главная часть построения Less Wrong в том, как ценности сложны, часто их рассматривают как черный ящик, когда они не существуют, и как различные виды умов могли иметь полностью различные ценности и все еще работать очень хорошо. Это - один из всеобъемлющих пунктов всего этого. См. ссылку «сложность ценности» в Less Wrong Wiki:
http://wiki.lesswrong.com/wiki/Complexity_of_value

Вы могли бы также вспомнить, что тезис доктора философии Джошуа Грина (Joshua Greene) часто поднимается и на моем блоге и на Less Wrong. Важный аргумент этого тезиса - моральный реализм является неправильным.

Я действительно получаю здесь впечатление о том, что Вы берете классическую «рационалистическую» ошибку, как в Объективистской идее, где мы можем использовать рациональность для того, чтобы определить объективную этику, и полагаете, что текущее Less Wrong сообщество делает ту же самую ошибку даже при том, что я не могу вспомнить почту или случай, который когда-либо обосновывал бы такую претензию.

В основном сообщество LW ставит больший акцент на рациональности, чем кто-либо еще, и затем Вы, кажется, выражаете опасение о потенциальном сверх-фетишизме рациональности. Однако, одна из целей всего проекта LW состояла в том, чтобы изложить в деталях определение "рациональности" более подробно так, чтобы это не сохранило недостатки упрощения, которые дали ей плохую репутацию в прошлом. Один из доводов в пользу того, что определение Элизера рациональности работает хорошо - это, что оно не создает какого-либо определения моральных прав. Это соответствует идее ИИ/Экономики как сервисной функции, являющейся отличной от машины, которая осуществляет ее.

CygnusX1 • Самсара • 9 января, 2010
У трансгуманистов есть высокие ценности и идеалы? Я все еще не уверен, что это отражает реальную ситуацию, и в том, что это определяет различие от не_трансгуманиста: кто-то, который не соглашается с клонированием? Или кто-то, кто хмурится при преодолении болезни, слепоты или наличия роботизированной руки? Мое убеждение - разграничения между трансгуманистом, биоконсерватором и теми, кто мыслит критически могут определяться здесь слишком твердо. Я думаю, что большинство людей присоединилось бы к сверхчеловеческим идеалам, если бы им объяснили и они бы поняли их полностью.

mjgeddes • • 9 января, 2010
ИХМО существуют не самоочевидные моральные факты или ценности, никакой объективной этики. Были, конечно, мыслители Просвещения такие, как Джефферсон (Jefferson), который приводил этот аргумент, но я думаю, что скептицизм Хумейана (Humeian) в основном выиграл тот спор Просвещения.

Согласно Wikipedia, Хьюм (Hume) сегодня одинаково совместим как с моральным реализмом так и с моральным анти-реализмом:
http://en.wikipedia.org/wiki/David_Hume
Существенный момент Хьюма (о которым Вы и я кажемся договорились) указан в секции 'Этики':
«Нравы волнуют страсти и производят, или предотвращают действия. Сам разум совершенно бессилен в этой детали. Правила этики, поэтому и не являются заключениями нашего разума».
Но это фактически не противоречит моральному интуитивизму и теории нравственного чувства:
http://en.wikipedia.org/wiki/Moral_sense_theory
«Возможно самый видный защитник теории нравственного чувства в истории философии - Дэвид Хьюм (1711-1776). В то время как он обсуждает этику в 3-й книге своего «Трактата Человеческой натуры» («Treatise of Human Nature») (1739-40), самое зрелое положительное заключение Хьюма о нравственном чувстве найдено в «К вопросу относительно принципов нравов» («An Enquiry Concerning the Principles of Morals») (1751).

Относительно людей LW - они были только смущены. Я уверен, что Аниссимов даже не понимает учение своего собственного гуру, который заявил, что он не моральный анти-реалист. Вот пример того, что кажется самоочевидным моральным фактом: Изменения в мозгу, которые улучшают способность к выводу моральных суждений, приветствуются.

Люди LW противоречат себе. Сначала они говорят, что соглашаются с Хьюмом в том, что моральные суждения не основаны на разуме, потом они говорят, что могут сделать ИИ с CEV (Coherent Extrapolated Volition - Последовательная Экстраполируемая Воля), который полностью основан на разуме (не имеет никакого сознания), но все же может выполнить рефлексивное принятие решения (решать какие изменения «хороши») в своей собственной системе оценки!

В реальности (согласно Хьюму) ИИ без сознания был бы полностью неспособен оценить правду или ошибочность вышеупомянутого заявление и намного меньше выполнить любое рефлексивное принятие решения!

Max More • США • 10 января, 2010
Джеймс, Вы пишите «Большинство трансгуманистов рассматривает Разум в Просвещения без осознания его авто-подрывной природы. Например, Принципы Экстропии Макса Море (Max More) шифруют «рациональное мышление» как одно из его семи предписаний». Это является довольно расстраивающим так, как я очень глубоко знаком с проблемами, которые Вы обсуждаете в этой статье. Принципы Экстропии не предназначены для того, чтобы быть и, естественно, не могут быть подлинно философским заявлением. К тому же, кажется, что Вы не сталкивались с этой моей частью: Панкритический Рационализм: К Метаконтексту Экстропии для Прогресса Мемов.
http://www.maxmore.com/pcr.htm
Если Вы прочитаете эту часть и поймете PCR, то Вы сможете увидеть почему я соглашаюсь с Вами о рациональности, не являющейся само-обосновываемой, и все же не соглашаюсь в том, что у нас существует проблема в выяснении, «как защитить рациональность способом, который избегает его потенциала для самоэрозии».

Carl Shulman • • 10 января, 2010
Отметьте, если бы существовало бы Естественное Право, которое могло бы волшебным образом переписать программное обеспечение ИИ (вопреки физике) в соответствии с ним, не было бы никакой Проблемы Дружественного ИИ. Привожу ссылку для почты Юдковского с забавной критикой морального реализма:
http://lesswrong.com/lw/sy/sorting_pebbles_into_correct_heaps/

jhughes • Хартфорд, CT • 10 января, 2010
@ Max
Я не улавливаю смысла Панкритического Рационализма. Он помогает ответить, например, почему нужно верить в принципы экстропии в противоположность некоторому другому выбору? Само-подрыв значений - это тенденция постоянно спрашивать почему. Принципы Экстропии в действительности всегда казались относительно свободными от любой главной принципиальной проблемы, которую они решили сказав: «они таковы - бери их или оставь их».

David Roden • Англия • 16 января, 2010
Некоторые анти-фундаменталисты утверждают о том, что раз нет никаких принципов само-основания, мы должны, в конечном счете, обратиться к исторически случайной эпистемологии, этическим методам или, как в случае Джеймса, к «экзистенциальному выбору». Есть много проблем с этим положением: оно обеспечивает сногсшибательную защиту почти любого сумасшествия анти-Просвещения, которое Вы могли бы захотеть вообразить на том основании, что «это - то, что люди делают где-то здесь». Однако, более проблематично предположение о том, что соответствующие непредвиденные обстоятельства - это не только исторические факты, но и (что еще более важно) метафизические обоснования (нашей формы жизни, нашей культуры, наших концептуальных схем, безотносительно...).

Этот подход овеществляет формы жизни, культуры или практики в значении, которое игнорирует проблемы семантической/переводной неопределенности (Quine/Davidson), структурной возможности повторного изучения в контексте, повторного переписывания любой практики или выбора без нового контекста (Derrida) или зависимости всей культуры от динамичного изменения материальных условий (Marx). Следовательно, в ответ на требование о том, что мы предрасположены этим или тем, мы должны настоять на проблеме развивающихся ситуаций и контекстов, их врожденного динамизма и открытости. Если это так, то это - несчастная надежда убавить дефицит рационального само-основания без иррационального само-основания.

cat

Текст 1.ч.1. Определение трансгуманизма: в поисках определенности.

Парадоксальным образом всего за несколько десятилетий своего развития трансгуманизм превратился в "философскую концепцию и интеллектуальное интернациональное движение"[1]. Однако, сегодня, после увлечения этим движением большого количества людей, самоопределение "я — трансгуманист" обладает множеством значений, что делает его расплывчатым и малопригодным к практическому использованию. Это положение ущемляет, в первую очередь, интересы самих трансгуманистов и сочувствующую их взглядам части общества. Задача этой статьи — внести ясность в наше понимание вопроса там, где и насколько это возможно. Естественно ожидать, что предметом нашего интереса станет, в первую очередь, различия трансгуманизма и секулярного гуманизма.

В качестве первого шага в наших поисках содержательного смысла термина "трансгуманизм" нужно отметить, что большинство авторов склонны рассматривать термин "трансцендентальный трансгуманизм" как омоним к термину "трансгуманизм". Опираясь на согласие в этом вопросе, можно поставить условие исключения из искомого определения любого подобия "духовной практики".

Линия в трансгуманизме, которую желательно отметить в первую очередь, восходит к одному из его предтеч и соавтору термина в его современном понимании ФМ2030 (F.M. Esfandiary). Начиная с 1966 года он, преподавая в Новой Школе Социальных Исследований Нью-Йорка, начал пропагандировать определение "трансчеловек" для лиц приветствующих новые технологии и принимающих новый, основанный на этих технологиях стиль жизни, и новые точки зрения. Позднее свои взгляды он изложил в книге "Трансгуманист ли Вы?: Наблюдение и ускорение Вашего персонального роста в быстро меняющемся мире" [2]. Отделяя в наследии ФМ2030 собственно трансгуманизм от свойственного североамериканской культуре поиска рецепта жизненного успеха, можно уверенно подчеркнуть два обстоятельства. Во-первых, как футуролог ФМ2030 предполагал значительно более быстрый, чем это имеет место в реальности, технологический прогресс (в частности, согласно его предсказаниям уже к 2030 году Человечество должно было открыть рецепт вечной жизни). Во-вторых, как неоднократно отмечал сам ФМ2030, ему была свойственна "глубокая ностальгия по будущему". Последнее обстоятельство представляет наибольший интерес, поскольку это свойство — ностальгия по будущему — широко распространено среди трансгуманистов.

Многие авторы, опираясь на исторические источники, подчеркивают, что на протяжении всей Истории прослеживается тип человека, которому свойственно любопытство и стремление выйти за отпущенные ему природой пределы, готовность идти ради этого на риски и жертвы, в то время, как основная часть наших соплеменников остается в этом вопросе на консервативных позициях. Отношения этой малой части общества с большинством неизбежно строятся на основе практической полезности, но "в своем кругу" возможно предание самым обычным повседневным делам эмоционального компонента, недоступного "непосвященным". В мире современных средств коммуникаций создание интернационального сообщества по принципу такой духовной общности возможно, что и было с успехом продемонстрировано трансгуманистами в конце 90-х годов прошлого века. С формальной точки зрения обмен новостями о науке и технике, самообразование, распространение знаний и пропаганда исторического оптимизма с акцентом на предвкушение возможности совершенствовать свое тело и дух с помощью технологий будущего могут быть названы трансгуманизмом, но при этом новый термин становится модным ярлыком для класса давно и хорошо известных устремлений личности, а все его предметное содержание сводится к тривиальной идее о том, что тело и мозг человека могут быть улучшены техническими средствами.

Появлением термина "трансгуманизм" мы обязаны Джулиану Хаксли (Julian Huxley). Этот биолог, изучавший эволюцию, и видный деятель гуманистического движения в своей книге "Религия без Апокалипсиса" в 1927 году писал: "Человеческие существа, если захотят, изменят себя, но не в коем случае не случайно, один индивид - по одному пути, другой - по другому пути, только все вместе, как Человечество.(выделение - мое В.Ш.) Нам необходимо имя для этой новой веры. Возможно нам послужит "трансгуманизм": Человек остается Человеком, но переделывает себя, реализовывая новые возможности своей и для своей человеческой природы". [3] Я бы предложил назвать это положение "Ограничением Хаксли". Соблюдая его, мы находимся в пределах светского или "духовного" гуманизма, необходимости в новой философской и этической системе не возникает. Это утверждение развернуто подтверждает Ник Бостром (Nick Bostrom) в своем уже цитированном обзоре "История трансгуманистической мысли" [1]: наиболее часто декларируемые цели трансгуманизма можно в общей форме найти у ученых, врачей и "людей искусства" 14-19 веков — там, где и когда формировались основы гуманизма. Отсутствие практически реализуемых идей не привлекало внимание к этой линии мышления до тех пор, пока к началу нового века не стали актуальными прогнозы о роли генетики сделанные еще в 1923 году[4]. До этого момента трансгуманисты в глазах общества представляли собой редкую секту, члены которой придают слишком большое значение научной фантастике.

Более пристальный взгляд на историю трансгуманистического движения может подтвердить и углубить сделанный вывод. Линия, заложенная ФМ2030, получила свое развитие в работах Наташи Вита-Море (Natasha Vita-More), Роберта Эттингера (Robert Ettinger) и Макса Море (Max More). Последний вплотную приближается к преодолению Ограничения Хаксли - в работе "Трансгуманизм: философия будущего" он пишет "трансгуманизм отличается от гуманизма в признании и нетерпеливом ожидании радикальных изменений в природе и возможностях наших жизней, происходящие от различных наук и технологий..."[5] - но не преодолевает его. В более поздних "Принципах Экстропии"[6] Море не находит места для какого-либо анализа вариантов неоднородного общества. Основанный им в 1992 году Институт Экстропии к 2006 году закрывается как "выполнивший свою задачу".

В самом конце 20 - начале 21 веков "нетерпеливое ожидание радикальных изменений" трансгуманистов рождает в обществе волну его критики с самых разных позиций. К настоящему времени (по прошествии не более десяти лет) в ходе дискуссии выяснилось, что различие во взглядах трансгуманистов этой линии и рационально мыслящих биоконсерваторов невелико - так, например, автор работы "Наиболее опасная идея в мире: трансгуманизм" Френсис Фукуяма (Francis Fukuyama) признает, что "новые процедуры и технологии, появляющиеся из исследовательских лабораторий и госпиталей, ... могут быть легко использованы как для "улучшения" вида, так и для излечения болезней". [7] Протест рационально мыслящих биоконсерваторов направлен не на поддержку трансгуманистами прогресса технологий, а на авантюристическое желание как можно скорее использовать открывающиеся возможности. Однако, присущие бесконтрольному развитию технологий опасности признает также и сторона трансгуманистов - при основании Мировой Ассоциации Трансгуманистов (WTA) в 1998 году в ее декларацию[8] было внесено положение о признании наличия "серьезных рисков", проистекающих от "злоупотребления новыми технологиями", а чуть позднее было дано альтернативное определение трансгуманизма как "изучение... потенциальных рисков технологий" [9]. Рецепт, предложенный Бостромом, решения проблем такого класса сводится к "развитию выделенных технологий с разной скоростью".[10] Фактически это означает сдерживание исследований в некоторых направлениях, что вполне соответствует и позиции большинства биоконсерваторов. Компромисс между ностальгией по будущему трансгуманистического сообщества и допущением о наличии новых опасностей для общества в целом, приносимых прогрессом технологий, вылился в изучение глобальных рисков (рисков существования) и усиленную пропаганду безопасных направлений исследований.

Под несколько иным углом зрения можно увидеть как дерзкий аванс первопроходцев трансгуманизма был потрачен на создание определенной субкультуры, моды, где комфортно себя чувствуют наделенные пытливым любопытством и свободные в своей мысли люди.[11] Основные принципы этой субкультуры не несут в себе новых элементов, за исключением незначительных деталей, - это гуманизм, стремление к знаниям и активная социальная позиция, приложенная к смелым прогнозам будущего. Нисколько не умаляя значение этой субкультуры для духовного развития всего общества, я бы предложил называть трансгуманистами немногочисленную группу мыслителей, взявшую курс на всесторонний анализ неоднородного общества. Основания для такого шага я нахожу вескими и вижу их в следующем:

  • описанная линии в трансгуманизме не привнесла ничего существенно нового в человеческую культуру за исключением вороха смелых футурологических прогнозов и дополнительной структуры, работающей на приближение плодов прогресса к потребителю;

  • представляется маловероятным сценарий будущего, позволяющий выполнить условия, наложенное Ограничением Хаксли;

  • культивирование в обществе интереса к новым технологиям и открывающимся возможностям в отрыве от цельной концепции управляемого будущего создает трансгуманистам образ группы безответственных и опасных для самих себя и общества в целом мечтателей;

  • трансгуманизм содержит и многообещающие направления, в рамках которых возможно искать пути к построению неоднородного общества.

Сказанное не означает отрицания роли описанной линии в трансгуманизме в борьбе с предрассудками и самоограничениями на мысль, имеющих широкое хождение в общественном сознании. Однако, следует отметить, что и само сообщество трансгуманистов разделяет некоторые из них. В качестве примера такого табу, можно взять создание химер — существ с искусственной генетикой. С одной стороны, мы уже создаем и широко культивируем трансгенные растения и вплотную подступили к созданию трансгенных животных, тысячелетиями человек выводит "улучшенные" домашние породы зверей, сценарии, известные из научной фантастики — выращивание человекоподобных биологических роботов in vitro или "улучшение" зверей до человекоподобного состояния, скоро уже смогут рассматриваться как реальная коммерческая перспектива. C другой стороны, от Ватикана[12] до трансгуманистического сообщества[8] мысль о создании "Человека -" безоговорочно признается аморальной и запретной к обсуждению.

Эволюция трансгуманизма в содержательную философию начитается там и тогда, когда он выходит за пределы "круга друзей" и сталкивается с реальным миром. Показательным представляется эволюция взглядов Эттингера, основателя крионики и одного из coоснователей упомянутой выше линии в трансгуманизме (его перу принадлежит книга "От Человека к Сверхчеловеку"[13] ). После трех десятилетий практического воплощения в жизнь идеалов трансгуманизма он приходит к необходимости основания новой философии, подход к которой описывает в своей новой книге "Вы - вселенная: В направлении эгоцентричной философии иммортализма и крионики". [14]

Очевидно, что гипотетические причины, которые смогут нас заставить не расширить и улучшить секулярный гуманизм, а отказаться от него, преодолеть его, будут проистекать из пересечения двух тенденций: постепенного, медленного, но необратимого размытия понятия "Человек" в силу диверсификации субъектов общественных отношений на пути применения людьми в индивидуальном порядке к самим себе и своим детям "улучшений" собственного тела и разума и/или появления как членов нашего общества существ, изначально не принадлежащих к человеческому роду. В фокусе новой философии общественных отношений, находящейся в процессе строительства, сегодня расположен вопрос сочетания индивидуальной свободы и социальной ответственности. Ее современное развитие идет через осмысление ближайших и среднесрочных перспектив развития технологий, и выяснение пределов возможностей отдельного индивида оказывать влияние на общество в целом.

Представляется важным отметить, что развитие секулярного гуманизма подвело его к признанию всех прав человека полностью, в частности и за носителями "дефектной" наследственности или "отсталых" культурных традиций. Одновременно с этим ясно и то, что естественная (биологическая) ориентация человека на получение удовольствия в сочетании с дальнейшим повышением социально-гарантированного минимума уровня жизни и перспективой таких достижений как, например, физически безвредные наркотики (стимуляторы, антидепрессанты) могут привести к гуманитарной катастрофе. В этой связи уже в рамках секулярного гуманизма ставится вопрос о поиске над-человеческих ценностей, следование которым сможет предотвратить застой и деградацию общества.

Линию в трансгуманизме, которую я полагаю достойной исключительного закрепления за этим термином, можно определить как поиск философии социальных отношений неоднородного общества — общества, субъекты которого в силу своей медленно и трудно изменяемой природы имеют существенно разные свойства и существенно разный потенциал массового влияния на других субъектов социальных отношений. Фактическое равенство людей было и остается идеалом, к которому Человечество медленно приближается на протяжении столетий, трансгуманизм, таким образом, означает признание этого идеала утопией и поиск общих ценностей, вытекающих из взаимной выгоды сосуществования живых организмов.

Наиболее интересной и показательной идеей в трансгуманизме, понимаемом в рамках вышеприведенного определения, является анализ возможности создания сильного ИИ. (Отличие слабого и сильного ИИ в общепринятых определениях может быть представлено как отличие машины/программы от наделенного собственной волей, живого существа. Сильный ИИ, таким образом, может рассматриваться как потенциальный субъект социальных отношений.) Эта линия восходит к работам Алана Тьюринга (Alan Turing)[15] и формулировки Джоном фон Нейманом (John von Neumann) гипотезы о технологической сингулярности [16], позже несколько расширенной Вернором Винджем (Vernor Vinge) [17]. В частности, Виндж значительно обостряет предполагаемый сценарий сингулярности и упоминает возможность создания сверх-человеческого интеллекта как результат постепенного усиления возможностей человека с помощью кибернетических систем и как слияние в процессе совместной работы множества индивидуумов в компьютерной Сети будущего. Несмотря на то, что интерес к этой теме не ослабевает уже несколько десятилетий, пока содержательные результаты исчерпываются попытками предсказать сроки начала резких изменений в человеческом обществе. Среди различных спекуляций на эту тему нельзя обойти вниманием набирающую силу тенденцию в крионике рассматривать нейро-пациентов (клиентов крионических организаций, у которых по экономическим соображениям на сохранение принята только их голова или головной мозг) как потенциальных будущих е-личностей (людей, чья "вторая жизнь" начнется после переноса их воспоминаний и сознания в компьютерную систему). Если, в отличии от всей предыдущей истории крионики, эта тенденция получит массовую поддержку, то существующие сценарии технологической сингулярности, как и наше настороженно-опасливое отношение к ней должны будут подвергнутся радикальному пересмотру.

Сценарии технологической сингулярности берут свое начало из усилий небольшой группы исследователей, запускающих самоподдерживающийся процесс, в ходе которого, как предполагают большинство прогнозов, Человечество, в его современном виде, прекратит свое существование. Аналогичные ожидания возникают и на другом направлении трансгуманизма — анализе перспектив применения нанотехнологий. После пионерской работы Ричарда Феймана (Richard Feynman)[18] и, особенно, после книг Эрика Дрекслера (Eric Drexler)[19, 20] интерес к молекулярному производству пробудился во всех технологически развитых странах. Для трансгуманизма наибольший интерес представляет перспектива применения нанотехнологий в медицине. Разработка первых нано-сборщиков и программ управления ими откроют дорогу к широкому и быстрому распространению нано-машин. При этом конечные цели их применения в каждом конкретном случае могут быть существенно различными. Эта ситуация подобна упомянутой выше возможности манипуляций с человеческими генами, но степень нашего предполагаемого могущества гораздо выше.

Ожидания, связанные с нанотехнологиями, демонстрируют не только широкие возможности в обозримом будущем создания искусственных существ, но и возможности по изменению индивидом своего тела. Для движения по этому пути не обязательно ожидать создания зрелых нанотехнологий - начатое как создание максимально удобных инструментов, "продолжающих" наше тело, и как способ помощи инвалидам оно уже идет. Рубеж, за которым искусственные аналоги превзойдут свои естественные прототипы, уже виден в близком будущем. Представляется весьма вероятным, что некоторая часть нашего общества воспользуется возможностью заменить части своего тела на искусственные устройства с целью расширения своих возможностей и/или продления срока своей жизни. Это направление в трансгуманизме известно как киборгизация.

Упомянутые выше и другие перспективные технологии делают формирование неоднородного общества весьма вероятным. Признавая это, трансгуманисты ищут способы его практического построения. Джеймс Хьюз (James Hughes) в своей книге "Гражданин киборг" [21] приходит к утверждению о необходимости усиления государства и появления у него новой регулирующей функции - биополитики (наравне с регулированием экономики и управлением развитием культуры общества). Эти идеи, названные демократическим трансгуманизмом, существенно разнятся с принципами экстропии, развиваемыми Море. В недавнем обзоре Хьюза [22] можно найти углубленное описание некоторых из актуальных вопросов трансгуманизма. Характерно, что относительно некоторых из них мы имеет очень смутное представление о путях их решения, а относительно других, унаследованных от прошлого, достоверно знаем лишь то, что на протяжении столетий ни усилия мыслителей, ни проведенные Человечеством над собой "социальные эксперименты" не привели общество к единому мнению.

В то время, когда разработка философии для неоднородного общества ведется силами отдельных специалистов, большинство трансгуманистов новой формации, следуя общепринятым идеалам современного общества, устанавливают де факто — усредненным вектором своей жизни — стандарты реального трансгуманизма, основанные, в конечном счете, на скепсисе в вопросе о возможности достоверного предвидения будущего или проведения в политике, экономике и духовной жизни общества тех радикальных преобразований, которые, основываясь на футурологических прогнозах, могут оказаться полезными в ближайшем будущем. Этот вектор активности может быть описан как ориентация каждого трансгуманиста на усиление собственного интеллекта и продление своей индивидуальной жизни. Для подавляющего большинства граждан современного индустриального общества практическая демонстрация преимуществ применения к себе новых технологий послужит убедительным и решающим аргументов в пользу трансгуманистического взгляда на мир. Исходя из исторического опыта и современных реалий представляется крайне маловероятным предположение о возможности путем неких умозрительных рассуждений удержать стремящихся к получению удовольствия и социальных преимуществ наших сограждан от широких экспериментов с открываемыми новыми технологиями возможностями. Моральная дилемма трансгуманизма, возникающая из гипотезы о технологической сингулярности, сводится к предположительному отсутствию "второго шанса" для проигравших конкурентную гонку индивидов, корпораций и стран мира изучить методы победителей и повторить попытку. Это обстоятельство вырывает предполагаемые события из контекста Истории, навсегда передавая его в контекст Эволюции Видов. Сегодня эта моральная дилемма решается каждым трансгуманистом в индивидуальном порядке на основе своих знаний, убеждений, предрассудков и заблуждений. Поиск неких общих рецептов для нее, основанных на экстраполяции совокупного опыта Человечества, служит одним из самых мощных факторов консолидации трансгуманистов в сообщество.

В заключение хотелось бы подчеркнуть один из выводов из сделанного выше анализа: именно идея технологической сингулярности создает трансгуманизм как новую и содержательную философию и служит этическим основанием для необходимости трансгуманистического движения.



Литература:

1 - Bostrom, Nick (2005). "A history of transhumanist thought".

2 - FM-2030 (1989). "Are You a Transhuman?: Monitoring and Stimulating YourPersonal Rate of Growth in a Rapidly Changing World", Viking Adult. ISBN 0-446-38806-8.

3 - Huxley, Julian (1927), "Religion Without Revelation", London: E. Benn., (1957) "New Bottles for New Wine", London: Chatto & Windus.

4 - Haldane, J.B.S. (1923), "Daedalus: Science and the Future".

5 - More, Max (1990). "Transhumanism: a futurist philosophy".

6 - More, Max (1990-2003). "Principles of extropy".

7 - Fukuyama, Francis (2004)."The world's most dangerous ideas: transhumanism".

8 - Humanity+/WTA (1998 - 2009). "Transhumanist Declaration".

9 - Humanity+/WTA (2002-2005). "The transhumanist FAQ".

10 - Bostrom, Nick (2002)."Existential risks: analyzing human extinction scenarios".

11 - Prisco, Giulio (2008). "Моя отставка из совета диекторов WTA/H+".

12 - Интернациональная теологическая комиссия (2002). Декларация "Общество и ответственность: Человек создан по образу Бога", Ватикан.

13 - Ettinger, Robert (1972). "Man into Supermen: the startling potential of human evolution and how to be part of it".

14 - Ettinger, Robert (2009). "Youniverse: Toward a Self-Centered Philosophy of Immortalism and Cryonics".

15 - Turing, Alan (1950). "Computing Machinery and Intelligence". Mind 49: 433-460.

16 - Ulam, S. (1958), “John von Neumann 1903‐1957", Bulletin of the American Mathematical Society (May).

17 - Vinge, Vernor. (1993), "The Coming Technological Singularity", Whole Earth Review Winter issue. Русский перевод.

18 - Feynman, R. (1960), "There is Plenty of Room at the Bottom", Engineering and Science Feb.

19 - Drexler, K. Eric. (1985), “Engines of Creation: The Coming Era of Nanotechnology”. London: Forth Estate. Русский перевод.

20 - Drexler, K. Eric. (1992), "Nanosystems: Molecular Machinery, Manufacturing, and Computation". New York: John Wiley & Sons, Inc.

21 - Hughes, James. (2004), "Citizen Cyborg: why democratic societies must respond to the redesigned human of the future". Cambridge, MA: Westview Press.

21 - Hughes, James. (2010), "Problems of Transhumanism". Institute for Ethics and Emerging Technonologies.

cat

Текст 2.2. Методологии предсказания будущего.

Вторая редакция от 25.03.13 .

Построение суждений о будущем, характерное для трансгуманизма, ставит вопрос об источниках и основах таких суждений. С целью очертить единое пространство понятий приведем определение и краткую характеристику известных способов построения рассуждений о будущем. Также следует подчеркнуть и то, что «прогнозирование будущего» (и пропаганда таких прогнозов) в современном обществе является неотъемлемой частью политической и маркетинговой деятельности, или, иными словами, является попыткой формировать желаемое будущее.

Теория Истории.

После крушения марксизма более никакая научная школа не претендует на роль Теории Истории - подлинно научной дисциплины, призванной описать с единых позиций как прошлое, так и будущее человеческого общества. Несмотря на значительные интеллектуальные усилия пока не удается построить хотя бы экономическую теорию единого мирового хозяйства.

С другой стороны, определенные успехи исторической науки, философии, синергетики и других частные направления исследований дают новый набор идей, на основе которых можно формировать гипотезы о законах развития человеческого общества. Основным препятствием для построения на основе этих гипотез нового прототипа Теории Истории, как очевидно, является нерешенность вопроса об адекватной замене экспериментального метода, очевидно неприменимого в данной области. Ранее большие, но не оправдавшиеся на практике надежды, возлагались на проверку утверждений Теории Истории их соответствием общим законам развития (законам диалектики).

Прогностика.

Прогностика - также общепринятыми названиями являются future studios или strategic foresight (анг.), prospectiva (исп.) - при простой методологии позволяет с высокой степенью достоверности строить прогнозы на ближайшие годы (как правило — не более 5-6 лет, но в отдельных случаях этот срок может достигать и 20-30 лет). Успех прогностики основывается на инерции социальных и экономических процессов в обществе и глубоком знании предмета составителями прогноза. Методы прогностики дают тем лучший результат, чем более частный и изолированный процесс рассматривается, чем объясняется их широчайшее распространение в сфере предпринимательской деятельности. Фактически прогностика делает то же самое, что и естественные науки при прогнозировании поведения естественных или технических систем.

Фантастика.

В основе изучения будущего методами фантастического искусства лежит интуитивно очевидное предположение о его формировании как равнодействующей наших желаний. Авторы фантастических произведений исследуют наши ожидания и мечты, конструируя вымышленные миры, в которых сняты некоторые ограничений, имеющих место в реальности. Проблемы этого метода вытекают из требования сохранить доверие и поддерживать интерес большинства читателей (зрителей или слушателей). На практике это выливается в невозможность создания вымышленных миров, значительно отличающихся от реального настоящего или прошлого, сложных логически или с большим количеством радикальных нововведений.

Футурология.

Грань между футурологией и прогностикой достаточно размыта. Различные гибриды этих двух направлений широко используются государственными институтами, политическими группами, корпорациями и даже небольшими объединениями специалистов для формирования удобного для них будущего. Дело доходит до того, что постепенно термины «футурология» и «футуролог» применяется все чаще к частным лицам и представлениям далеким от рационального мышления (зачастую близким к астрологии и нумерологии). Здесь же будем использовать термин «футурология» для обозначения методически упрощенного относительно научного метода подхода к предвидению будущего, ориентированного на долгосрочные (20 лет и более) и масштабные (в рамках технологического направления, геополитического процесса, общества в целом) прогнозы, в которые не вложена, прямым или косвенным образом, попытка формировать общественное мнение. Иными словами, будем рассматривать футурологию как дисциплину, основанную на обобщении наблюдений за развитием общества и свободную от «подтасовок» своих выводов к желаемому конечному результату.

Несмотря на то, что в современной публицистической лексике определения «научный» и «ненаучный» используются как синоним к «заслуживающий доверия» и «не заслуживающий доверия», соответственно, следует подчеркнуть, что футурология не наследует строго научный подход и, как следствие, ее методика не гарантирует получение достоверного и повторяемого результата. Это печальное обстоятельство скрашивается только тем, что у нас нет другого инструмента для этих целей.